Home \\ ARTICLES \\ Майк Мьюир: "Могу с гордостью носить майку Suicidal"


Майк Мьюир: "Могу с гордостью носить майку Suicidal"

Печать PDF

Written by Patrick Douglas,
Tuesday, 09 December 2008

Много лет назад, Майк Мьюир сказал журналисту одного из панк-фанзинов, в ответ на вопрос, какой он видит свою группу, Suicidal Tendencies, через пять лет: «Не знаю, но я не думаю, что через пять лет я вообще буду в группе». Когда его переспросили, он повторил: «Я так сказал, потому, что не верю в пятилетние планы».Это было почти 30 лет назад, в 1981 году. С тех пор, группа достигла того, что стала одной из самых узнаваемых групп среди рокеров, причем, раз от раза, она добивалась звучания, которого ранее не было нигде и никогда. Майк позвонил во вторник, 9 декабря, 2008 года из Детройта, чтобы рассказать о будущем группы и готовящемся новом альбоме.

 

 



Алло?

Привет. Могу я поговорить с Патриком?

Да, это Патрик, слушаю вас.

Привет, Патрик, это Майк Мьюир из Suicidal Tendencies.

Майк, как дела? Что поделываешь?

Не густо. Здесь не то снег, не то дождь и я основательно простыл. (смеется)

Э, да мы в одной лодке, правда я сейчас в Монтане, работаю под снегом, дождем и с простудой (смеется).

Да, но тебе, должно быть, это привычно.

К этому никогда не привыкнешь. Так вы сейчас в Детройте?

Да

Уже, наверное, придумал пару шуток про Детройт Лайонс, чтобы зачитать их перед публикой сегодня вечером?

А, нет. Всё, что я могу сказать о футболе, это то, что есть такая команда Лос-Анджелес Рэмс. Это показатель, того, как я болею за футбол. Все в нашей команде из разных мест и все смотрят игры. И поэтому я  знаю, что Детройт не выиграл ни одной игры в этом году. Уже очень много времени прошло с тех пор, как они что-то делали на самом деле, но нет, давай сменим тему.

Опиши мне свой самый типичный день в твоем мире, когда ты в туре по стране.

Ну, конкретно в этот день, в основном идет дождь и снег. Холодно так, что шансы, что исполнятся какие-то вещи, которые можно было бы запланировать на сегодня, например, пойти куда-нибудь, где можно провести время, равны нулю. Сегодня мы едем на восток. Едем очень быстро, хотим успеть вернуться назад к Рождеству. Вчера, например мы ехали без остановки 15 часов. До того места, где у нас должен быть концерт мы едем по 8 часов, а если концерта нет, мы можем ехать без остановки и 20 часов подряд. Как сегодня. День в автобусе.

Марафон, однако.

Йес.

Нельзя преуменьшить историческое значение Suicidal. Как на тебе отражается вклад твоей группы в тяжелую музыку, когда ты выходишь выступать перед своими поклонниками Cycos?

Я не подвержен ностальгии. Есть многие вещи, которые я вижу и многие вещи, которые я делаю в жизни, и вижу и делаю по-своему. Чаще всего люди этого не замечают, но иногда через много лет, конечно, некоторые люди оборачиваются и смотрят на то, как и что я делаю. Я думаю, для нас, в основном, сейчас складывается ситуация, в которой мы выступаем, гастролируем, не имея записей, прошло уже почти 10 лет, как выходили наши последние альбомные записи. Ты должен быть круче крутых яиц, так сказать, когда видишь толпы людей, которым на самом деле нравится твоя группа, которые пришли на неё посмотреть, и после того, как ты отыграл, они приятно удивлены тем, как сильно она им нравится. И когда ты вернешься в следующий раз, когда у тебя будет уже альбом, к тебе будет совсем другое отношение, будет возбуждение от ожидания. Это – раз. Особенно после того, как я перенес две серьезных операции на позвоночнике, многие люди думали что-то типа: «Ах! Наверное, мы никогда не увидим уже их снова!» Так что я думаю, многие люди ходят на наши концерты как раз потому, что они любят Suicidal в прошлом. Но когда они видят нас, они понимают, что сейчас они все ещё любят Suicidal. Даже больше, чем думалось раньше. Вот это, я думаю, вторая великая вещь.

Истинная правда. Иначе говоря, это одна из тех групп, с которой ты чувствуешь себя всегда членом клуба. Или ты фэн на всю жизнь, неважно в какой из периодов ты запал на группу, пусть даже это было очень давно. В любом случае, увидев другого фэна ты не сможешь не сказать «Yeah!»

Yeah.

Расскажи о том, чем ты делишься со своими фанатами и чем фанаты потом деляться друг с другом.

Я думаю, это великая штука, особенно если вернуться к моменту, когда я сказал, что мы не выпускали альбомов уже почти 10 лет.  Это не дает нам особых преимуществ сейчас. Я думаю, когда мы выпустим наш альбом, будут палить пушки. Я заметил, что много людей, которых ты встречаешь по жизни, людей, которых знают что-то о тебе косвенным образом и они знают кого-то, кто знает того, кто знает твое имя, и когда ты называешь это имя, они говорят: «Однажды я был здесь и встречал этого парня». И я знаю, что многие люди, которые когда были за сценой или знают кого-то из группы или типа того, встречают кого-то в майке или бандане Suicidal, они спрашивают: «Как ты узнал о группе?»  И получается, что у каждого — своя история. Я люблю спрашивать и собирать эти разные истории. Это прикольно, потому что бывают разные случаи. Например, один раз мне задал этот вопрос 55-летний чел. (смеется) Если тебе нравится Suicidal, то это никогда не зависит от каких-то трендов, времени или момента. В этом туре у нас был фотограф, мы с ним подружились. Он снимал все шоу, кроме, по-моему, двух. Мы фотографировались с одной семьей: Три поколения одной семьи на нашем концерте. Дедушка, отец, мать и детишки. Все вместе пришли на наш концерт. Я думаю, это большая редкость. Самый старший из них сказал: «У нас одно поколение. Это случилось не сразу, но, так или иначе мы все — поклонники Suicidal». Это круто.

Мой двухлетний сын сходит с ума, когда я включаю Suicidal.

(смеется)

Да, он начинает топать и нарезать круги по комнате. Особенно смешно, когда он начинает подпевать: ‘ST’ ‘ST’ …

Yeah.

Что же это за музыка такая, что и двухлетний пацан и 50-летний мужик сходят с ума?

Я не знаю. У нас был тур один раз, когда Infectious Grooves, моя вторая группа, разогревала Ozzy. Эти концерты проходили в открытых театрах и я видел людей по 40-50 лет, которые приводили с собой детей и внуков. 13 — 15 лет. Я не думаю, что все эти дети реально хотели быть там. (Смеется). Я тогда думал, что это просто весело. А вчера вечером, на нашем концерте были дети, которые подходили к нам и просили: «Можете сфотографироваться с моей мамой?» (Смеется) «Она тоже здесь». Вот это реально прикольно. Очень хороший опыт, на самом деле.

Меня правда иногда одолевают сомнения, понимает ли мой сын значение слов песни I saw Your Mommy. И стоит ли вообще ему петь такие песни?

Yeah (смеется). Я только что прошел через это. Брат моей жены, ему скоро 10 лет. И моя жена просила послать ему диски. Её сестра потом рассказывала, как он скакал по улице и распевал песни так и эдак. (Смеется) Я не знаю, что она там думала на самом деле, когда её брат поет Suicidal, но я думаю, это классно. Я же говорю, каждый раз это новая история.

Есть какое-то постоянное чувство у тебя, когда ты садишься писать тексты для песен?

Я никогда не сажусь писать тексты. Мы пишем песни и я пишу музыку, а тексты уже основываются на самой музыке.  Я знаю, есть люди, которые всюду носят с собой записные книжки, гордятся ими и заботятся о них: «Это тексты моих песен». С таким выражением, что там какие-то поэмы, знаешь. Я думаю, у Suicidal есть главная черта: ты не можешь разделить музыку и лирику, не срадотает. Ты не сможешь положить стихи Nobody Hears на музыку Institutionalized.  Или также поменять местами You Can’t Bring Me Down и I Saw Your Mommy. Теоретически возможно, но толку не будет. Некоторые люди делают так. Так было раньше повсеместно. Те песни, которые играли на радио. Их можно было слушать, их можно было петь, но в них не было никакого смысла. Мне как раз не хотелось делать музыку таким образом. Конечно, я понимаю, что иногда то, что мы говорим, иногда не имеет никакого значения для некоторых людей.  Но я заметил также, что когда ты выпускаешь записи вот уже больше 25 лет, даже некоторые из моих друзей будут говорить о песне, которая была записана 10 лет назад что-то типа: «Я могу спеть все слова», но потом происходит нечто странное. Они все находят разный смысл в этих словах. И этот смысл связан с тем, что происходило с ними 10 лет назад.  Я не утверждаю, что у меня есть ответы на все вопросы, на это и на то. И я не ожидаю, что все всё поймут правильно, я даже не пытаюсь, чтобы меня поняли правильно. Я не беспокоюсь о том, что делаю что-то, что каждый поймет и скажет: «Да, это круто».

Трудно в это поверить, но вы всего в трех годах от 30-й годовщины. Насколько безумным тебе это кажется?

Ну, ты знаешь, когда у нас было первое интервью с панк-журналом в то время, они спросили: «Как вы думаете, какой будет ваша группа через пять лет?» Я им тогда ответил: «Не знаю, я вообще не думаю, что буду в группе». Они спросили: «Почему это?» А я ответил: «А я не верю в пятилетние планы, занете ли». (Смеется)  Они: «Ну, если вы все же будете группой, каким вы будете?» Я ответил: «Мы будем группой только в одном случае. Если я смогу сказать, что я горжусь тем, что мы делаем и это не станет для нас работой». Я думаю, сейчас такая же ситуация. Я думаю, для всех нас, в определенной степени, важно признание. Но для нас признание — это что-то типа черного хода. У нас не было дурацких фотографий, как у других групп. Мы не использовали семь разых популярных стилей, чтобы стать популярными и не работали не покладая рук. Популярность пришла сама собой, потому что мы всегда пытались быть впереди момента. Мы не реагировали на то, что происходит вокруг для того, чтобы быть частью этого момента. Мы просто делали то, что считали нужным и что нравилось нам самим и старались не повторяться.  Я думаю, что могу с гордостью носить мою майку Suicidal, куда бы я ни пошел. И я вижу, что многим людям это нравится до сих пор, целому поколению. И когда выйдет новый альбом, ещё больше людей оценят Suicidal. И я горжусь тем, что я имею к этому отношение.

Я был в старших калссах в начале 90-х годов, когда я впервые познакомился с твоей группой. Многие песни в то время для меня были гимнами, зачастую выпускали пар подростковой агрессии. Насколько важно для вас через все эти годы предоставлять людям такую музыку, как канал для выхода подобных эмоций?

До сих пор, я никогда на самом деле не делал песен, так, чтобы потом сказать: «Подождем, пока люди послушают это. Многим людям она понравится». Я даже не думал никогда об этом. Единственно, что доставляет некоторый дискомфорт, это то, как люди интерпретируют песни. Например, возвращаясь к ‘How Will I Laugh?’, многи люди говорили что-то типа: «Тексты в ней — свсем не метал, чувак». А я говорил в ответ: «А я не метал-чувак».  И поэтому не будет текстов «Метал-чувака» и все такое.  Я полагаю, люди думают, что искренность в текстах — это плохо. А если ты поешь о том, как кромсаешь драконов и все такое, то ты — настоящий мачо.  О том, что на на самом деле не существует, понимаешь? Ирония в том, что сейчас у меня есть много песен, которые мы записали в разное время, но по каким-то причинам не выпустили. Когда люди узнают об этом, спрашивают: «Где они? Люди обязательно захотят их услышать!»  Я отвечаю: «Они у меня дома на моем компьютере». И вот он, волнующий момент. Люди интерпретируют даже то, что ещё не слышали. Воображают, какая это может быть музыка и какие тексты.

Из Suicidal вышло много музыкантов, которые сейчас играют в весомых группах. Роберт играет в Metallica, а Рокки – в Fishbone, Jimmi De Grasso — в Megadeth. Ты испытываешь городость за то, что по сути играл со знаменитостями все эти годы?

Я думаю, суть не в этом. А в том, что каждый раз, когда мы делали смены состава, приходил кто-то, кто был лучше. Мне, например, ещё посчастливилось, что Джош Фриз (Josh Freese) играл с Infectious и Suicidal. А он-то играл вообще везде.

Да, он играл вообще со всеми (смеется).

Да. Люди, барабанщики, когда видят нашего нового драммера, Эрика, в деле, говорят: «Как, черт побери, он это делает?»  Стив на бас-гитаре. Кузен Роберта сказал, когда увидел его игру: «Чел, да он покруче Роберта будет». Я счастлив за Роберта, честное слово. Роберт — отличный парень. Но Стив — намного лучший басист. Ему было 16 лет, когда он уже играл в группе Снуп Дога. Он пришел совсем из другого, нового поколения, но пришел не на пустое место, на котором были отличные музыканты. Но он знает, что ему надо быть лучше их. Мой брат сейчас занимается Dogtown Skates. Он один из первых Z-Boys.  Они были первыми, кто начал кататься в сухих бассейнах. Но сейчас, спустя 10 и 20 лет, люди делают то же самое, но делают это гораздо круче, чем в то время. У них нет стиля и аттитьюда. Но, знаешь, когда ты видишь что-то и понимаешь, что все в твоих силах и это возможно, ты стараешься сделать лучше. Когда мой брат начинал кататься, люди думали: «А что если мы спустим воду из бассейна и попробуем кататься там?» Им отвечали: «О чем ты говоришь? Это невозможно». Когда ты видишь, что кому-то это по силам, уже думаешь по-другому: «Окей, я попробую это сделать». И  делаешь это луше. Я думаю, в музыке всё тоже самое. Сейчас у парней есть примущество в том, что первый том уже толще и больше, чем 10 и 20 лет назад. Перед тем, ка кпришел Роберт, люди вообще не представляли, что можно играть слэпом в тяжелом роке. Участие в Infectious Grooves дало ему возможность показать, что есть более интересная штука, чем унылые басовые партии «ду-ду-ду-ду», вот типа этой. Я думаю, заглядывая вперед, например, для Эрика, ему сейчас 24 года, на 10 лет вперед, не думаю, что он все это время будет записываться и играть вместе с нами. Эрик пойдет своим путем. И Стив и остальные парни. Я очень горжусь тем, что Рон, брат Стива, сейчас играет со Стэнли Кларком и Джорджем Дюком, в крутейших джазовых группах, о которых большинство людей, не интересующихся такой музыкой, не знают. Это что-то типа «знака качества».

Кто знает? Через 10 лет эти парни могут оказаться в соверщенно неожиданных местах.

Да, как я уже сказал, Стив играл со Снуп Догом, а перед тем, как оказался в Suicidal. Он играл и с Destiny’s Child и c Эрикой Баду. Совсем другие стили музыки. Люди, наверное не знают, но он играл в гораздо более выгодных проектах, которые продают гораздо больше альбомов, чем Suicidal. Но, к счатью, он любит Suicidal.

Было ли трудным для тебя и Майка принять решение вновь собрать группу?

Я думаю, было удивительно легко остановиться и начать все снова, а в какой-то степени было да, очень трудно. Ты сидишь и думаешь: «Действительно ли я этого хочу?»  и «Хочу ли я принимать на себя эту ношу?». И понимаешь что это значит на самом деле. Иногда сидишь и думаешь: «Черт возьми, конечно, будет куда проще сидеть и греться на солнышке». Но иногда, когда солнце тебе светит даже в дождливой и штормовой части света, ты понимаешь, что солонце может быть везде, где бы ты ни был. Я счастлив теми решениями, которые принял и я счастлив быть здесь и сейчас. Это 99 процентов дела. А остальное — как мотивировать парней на работу.  Я им всегда говорю перед концертом: «Парни. Если после концерта будут говорить только обо мне — значит концерт был плохой». А когда приходит человек и говорит: «Обожемой! Вот это Стив, вашу мать! Обожемой! Вот это драммер!» Тогда я знаю, что мотивация сработала. Это наилучший комплимент для меня.

Какие новости о новом альбоме?

Их две. Первая. Мы выпустим новй альбом в 2009-м году. Затем, у нас планируется полномасштабный тур по Штатам. На рошлой неделе, в Нью Йорке, мы начали продавать на концертах нашу новую компиляцию, на которой несколько новых песен Suicidal, новые номера Infectious Grooves и Cyco Miko. Куча вещей, проектов, которые мы, возможно, в скором времени выпустим в течение ближайших пары лет. А эта копиляция дает людям представление, что это будут за проекты. Мы долго думали, как с ней поступить. Или отправить её в магазины, пустив стандартным каналом и подержать рекламой. Или никому ничего не говорить, а просто продавать эту компиляцию на концертах .Сейчас приходиточень много писем по электронной почте: «Почему вы никому не сказали о том, что есть новый диск?» Люди обижаются. Но пока она продается только на концертах, когад вернемся домой, подумаем, что с этим делать дальше. Но мы подумали, что это будет хорошей идеей выпустить такой сборник, чтобы дать понять людям, которые поддерживают нас долгое время, унести с концертов что-то с собой и показать друзьям: «Смотри-ка, что у меня есть!». И чтобы их спросили: «Где ты это взял? Этого нет даже на официальном вебсайте!» Вот такая была идея.
Даже во всей этой суматохе, что происходит в мире, рок-фаны требут чего-нибудт нового от Suicidal.

Чувствуешь ли ты ещё в себе способность делать нечто социальное, политическое?

Это неестественно. Мы прошли уже через все эти политические штуки. Сейчас мы были в Европе, где местами проходили выборы. Я говорил что-то типа: «Я надеюсь на лучшее, я думаю, что многие люди думают типа, все, что им надо сделать — это встать рано поутру, выпить утренний кофе и мир изменится» Я не принимаю этот путь. Я думаю, требуется нечто большее, чем политика. На нашем сборнике одна из новых песен, мы на неё также сделали видеоклип, называется Come Alive! Во второй строчке там есть слова: «Ты живой или просто плывешь по течению?» Есть много людей, как я уже сказал выше, которые дышат и у них бьется сердце, у них есть мозговые волны, но они не живые. Она о том, чтоы принять управление своей жизнью на себя, о понимании того, что ты можешь оправдываться за то, что сидишь на месте и ждешь и смотришь, как все меняется вокруг, но все, что тебе нужно — это понять, что происходит на самом деле и оценить важность для себя. Все, что тебе нужно — это встать и начать двигаться. Я один из таких людей. Я не буду сидеть и ждать пока кто-то что-то сделает для меня. Так что у меня нет оправданий, как у человека, который лишь хочет что-то сделать, но не делает. Тебе надо взять свою жизнь в свои руки. Я не хочу, чтобы кто-то другой контролировал мою жизнь.  Я думаю, это будет полезно каждому.

Если бы у тебя была возможность разделить сцену с какими-либо группами из настоящего или прошлого, какие бы ты выбрал?

Это тоже довольно ненатурально, потому что я, например, сразу скажу, что я с удовольствием разделил бы сцену с Джими Хендриксом. Эти старые фильмы, где Джими выступает в Беркли и все такое. Но я не думаю, что мне бы понравилась эта публика. Я не курю и не пью и никогда не увлекался этим. Но, я думаю, музыка Джими великолепна. Время было целиком другое. В былое время, я видел Parliament хренову тучу раз, и я бы хотел ещё раз увиедть их, но в то самое старое время. Сейчас — уже нет, не хотел бы. Возможно, я никогда не видел Sex Pistols, когда был ребенком. Потому что был ещё очень мал. Я видел уже позже один из их концертов, но тут — то же, что и с Джими. Мне бы не подошла эта публика. И я бы ей не подошел. Хитрая штука.

Майк , спасибо, что ты мне позвонил. Я — твой большой поклонник.

Круто. Ноу проблем.

Удачи тебе, старик.

Спасибо, чел, пока.

(с)    http://www.thecultureshock.com/

 

 

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ

ХРОНОЛОГИЯ

Дискография

НОВЫЕ ФОТО

  • 1
  • 2

VIDEO

ГОЛОСУЙ

Нужен ли нам форум?